Apr. 18th, 2012

shlomith_mirka: (Default)
Вот хорошая и важная публикация Евгения Ямбурга :
http://www.novayagazeta.ru/columns/52168.html

А дальше я не столько по ней, а просто по поводу.

1. Поступить рассчетливо, оглядев и охватив (и отхватив) ближайшую перспективу, найти свою "выгоду" человек сможет и без опыта и подготовки любви и воспитания (любовью и питанием), не имея восхищающего примера, не имея опоры - чего-либо дорогого вне и кроме "биологического себя". Что поведет его поступить "неправильно", парадоксально - и "единственно верно" для него сейчас? Опыт любви. Опыт семьи и культуры, любви к музыке и литературе, эстетической любви к гармонии или религиозной любви-преданности Одному Такому, поступившему так. Это все очень близкие вещи. Всё, что может один человек для другого, - показать их существование.
---
А вот наша ситуация: вакуум культуры.
Получается так, что, какой бы выбор из миллиона выборов разных масштабов и размеров человек ни делал, он не чувствует ничего за собой. Никакого чужого опыта, его поддерживающего и чьим бы отростком он мог бы себя чувствовать. Он один, один. И любая ошибка не просто катастрофична, а - он повинен заранее - в любом выборе, потому что любой шаг в пустоте, для любого стороннего или его собственного внутреннего взгляда будет казаться "неудачей", ошибочным рывком, тягой в ошибочную сторону. Поэтому дело не в том, что не с кем "разделить ответственность" (она-то и не делится): просто нет никакой надежды быть принятым со всей совокупностью своих сегодняшних взглядов и чувств, нет надежды быть прощенным и за "промахи" - потому что нет у человека того, кто мог бы прощать. Это значит - нет семьи, нет любимого где бы то ни было (среди людей ли, среди героев), нет культуры, к которой он принадлежит и из которой вырастает, относительно которой воспринимает, рассматривает и понимает свои движения, желания и дела. Нет ничего - за ним. Это колоссальная пустота - бездомность, бесстенность.

2. По поводу самого конфликта "консерваторов" и сторонников "модернизаций" различных родов.
Мне непонятен сам материал, предмет конфликта. Доводить "родное" до состояния "пепелища" с тем, чтоб над ним умиляться и кудахтать - в этом есть что-то либо просто имбецильное, либо извращенное. Под "пепелищем" я в первую очередь понимаю калечащие человека внутрисемейные отношения, воспринимаемые и упорством транслируемые как норма. Невнимательность к человеческому существу как таковому, пренебрежение им, утверждение своих воль правом сильного (во всех аспектах силы), культивирование прессования и переделки человека под удобную вещь под именем "воспитания" - это не норма, даже (и особенно) когда это случай большинства. Зачем - это? Зачем упорно подменять действительно ценнейшее в цивилизацонной истории, в истории человеческой культуры - этим? Ведь можно видеть, как можно по-другому, видеть, что есть другие формы для вмещения тех же важнейших идей, намерений и ценностей, что любовь не обязательно должна быть "звериной" и зверской, пережевывающей человека с костями.
Как я устала от истеричного, обвиняющего, набрасывающегося своими сильными руками чьего-либо желания-вопля "да я ж люблю тебя, ублюдок!" - и жаждущего к себе самому любви и благодарности, а порождающего страх и закрытость. Хотя, может, это только устройство моей структуры, и я говорю только о себе и своих реакциях: для меня это - удушение, его - с жалостью к душащему стерпеть, от него - увернуться, поскольку этим рукам я ничего не могу дать, даже если сомну себя ради них. В них ничего не вырастает, ничего "мое" и ничье вообще, кем-либо посаженное. Один навык самосохранения, самоотстранения, молчаливой бережливости маленького ресурса своей жизни, опыт минимизации реакций на внешнее - заторможенность спящего и смотрящего сны. Того, кто бережет свой внутренний кинотеатр, и боится, и не умеет, и защищается от возможности соприкасаться с чем-либо, отличным от себя, чувствовать само наличие и подвижность своей оболочки.
Иначе мы не сможем не допустить катастрофы - смешения внутреннего и внешнего миров, воплощения внутренних солипсистских кошмаров, потерю языка как инструмента мысли, поиска и отверждения, закрепления в бытии, закрепления в некоей устойчивости себя в бытии, способа соприкасаться с другим (человеком - во всех случаях его проявления) и испытывать естественные чувства приязни и родства.

Сейчас у нас нет межчеловеческого обыденного языка общения. Любая фигня достойна скандала, на него не жаль тратить свой и тем более чужой (кто ж его считает) ресурс (а ведь легче и милосерднее "фигню" исправить и забыть, простить любому и себе), привычно нагнетать этот самый ужас словесными эквивалентами эмоций ("Фу! Ужас!" - ни из-за чего).
Я понимаю, что есть культурологический тип "пророка", есть тип "мистика", и протестантский рецепт - вряд ли такой уж рецепт для культуры и людей иного темперамента, иной истории, событий и целей в ней. Но ведь можно же над этим работать, наверное? Над языком, выражением эмоций, над тем, как с помощью него можно направлять и заострять намерение и чувство - в мощь лазера, а можно раскачивать хаотические волны по принципу положительной обратной связи, продуцировать смятение, ужас, панику и безнадегу. Язык лучше, чем вы думаете. Он может больше - и может в большем помочь - чем вы думаете.

***
В общем, я разговорилась - и я затыкаюсь.

Вот еще хорошая публикация, тоже в тему:
http://www.novayagazeta.ru/arts/52162.html

Сергей Васильев:
"Увидеть себя в Брехте или Маяковском — непросто. А уж узнать себя в революционерах Германии и России — покажется невыносимым духовным опытом. Способен ли человек, даже разделяющий идеи Маркса, или Адорно, или Валлерстайна, призывать к социалистической революции, уже зная post factum, как завершилась попытка построения «града божьего» из наличного человеческого материала?
Мой ответ: да. Мир будет рождать революционеров. Именно потому, что наличный мир, построенный на власти материи над человеком (которую мы и называем капитализмом), — губителен и несправедлив для души, которую он заставляет плясать под дудку рыночных механизмов. Революция, какой бы невероятной и неоправданной она ни казалась, непременно будет востребована как духовная доктрина, как средство радикальной эмансипации духа от диктата материи. Тем более что в человечестве без религии, без сакрального, а Европа идет путем отказа от сакрального в пользу мирского и интеллектуального где-то с XVII века, — менее радикальных практик такой эмансипации органически возникнуть не может. "
shlomith_mirka: (Default)
Вот хорошая и важная публикация Евгения Ямбурга :
http://www.novayagazeta.ru/columns/52168.html

А дальше я не столько по ней, а просто по поводу.

1. Поступить рассчетливо, оглядев и охватив (и отхватив) ближайшую перспективу, найти свою "выгоду" человек сможет и без опыта и подготовки любви и воспитания (любовью и питанием), не имея восхищающего примера, не имея опоры - чего-либо дорогого вне и кроме "биологического себя". Что поведет его поступить "неправильно", парадоксально - и "единственно верно" для него сейчас? Опыт любви. Опыт семьи и культуры, любви к музыке и литературе, эстетической любви к гармонии или религиозной любви-преданности Одному Такому, поступившему так. Это все очень близкие вещи. Всё, что может один человек для другого, - показать их существование.
---
А вот наша ситуация: вакуум культуры.
Получается так, что, какой бы выбор из миллиона выборов разных масштабов и размеров человек ни делал, он не чувствует ничего за собой. Никакого чужого опыта, его поддерживающего и чьим бы отростком он мог бы себя чувствовать. Он один, один. И любая ошибка не просто катастрофична, а - он повинен заранее - в любом выборе, потому что любой шаг в пустоте, для любого стороннего или его собственного внутреннего взгляда будет казаться "неудачей", ошибочным рывком, тягой в ошибочную сторону. Поэтому дело не в том, что не с кем "разделить ответственность" (она-то и не делится): просто нет никакой надежды быть принятым со всей совокупностью своих сегодняшних взглядов и чувств, нет надежды быть прощенным и за "промахи" - потому что нет у человека того, кто мог бы прощать. Это значит - нет семьи, нет любимого где бы то ни было (среди людей ли, среди героев), нет культуры, к которой он принадлежит и из которой вырастает, относительно которой воспринимает, рассматривает и понимает свои движения, желания и дела. Нет ничего - за ним. Это колоссальная пустота - бездомность, бесстенность.

2. По поводу самого конфликта "консерваторов" и сторонников "модернизаций" различных родов.
Мне непонятен сам материал, предмет конфликта. Доводить "родное" до состояния "пепелища" с тем, чтоб над ним умиляться и кудахтать - в этом есть что-то либо просто имбецильное, либо извращенное. Под "пепелищем" я в первую очередь понимаю калечащие человека внутрисемейные отношения, воспринимаемые и упорством транслируемые как норма. Невнимательность к человеческому существу как таковому, пренебрежение им, утверждение своих воль правом сильного (во всех аспектах силы), культивирование прессования и переделки человека под удобную вещь под именем "воспитания" - это не норма, даже (и особенно) когда это случай большинства. Зачем - это? Зачем упорно подменять действительно ценнейшее в цивилизацонной истории, в истории человеческой культуры - этим? Ведь можно видеть, как можно по-другому, видеть, что есть другие формы для вмещения тех же важнейших идей, намерений и ценностей, что любовь не обязательно должна быть "звериной" и зверской, пережевывающей человека с костями.
Как я устала от истеричного, обвиняющего, набрасывающегося своими сильными руками чьего-либо желания-вопля "да я ж люблю тебя, ублюдок!" - и жаждущего к себе самому любви и благодарности, а порождающего страх и закрытость. Хотя, может, это только устройство моей структуры, и я говорю только о себе и своих реакциях: для меня это - удушение, его - с жалостью к душащему стерпеть, от него - увернуться, поскольку этим рукам я ничего не могу дать, даже если сомну себя ради них. В них ничего не вырастает, ничего "мое" и ничье вообще, кем-либо посаженное. Один навык самосохранения, самоотстранения, молчаливой бережливости маленького ресурса своей жизни, опыт минимизации реакций на внешнее - заторможенность спящего и смотрящего сны. Того, кто бережет свой внутренний кинотеатр, и боится, и не умеет, и защищается от возможности соприкасаться с чем-либо, отличным от себя, чувствовать само наличие и подвижность своей оболочки.
Иначе мы не сможем не допустить катастрофы - смешения внутреннего и внешнего миров, воплощения внутренних солипсистских кошмаров, потерю языка как инструмента мысли, поиска и отверждения, закрепления в бытии, закрепления в некоей устойчивости себя в бытии, способа соприкасаться с другим (человеком - во всех случаях его проявления) и испытывать естественные чувства приязни и родства.

Сейчас у нас нет межчеловеческого обыденного языка общения. Любая фигня достойна скандала, на него не жаль тратить свой и тем более чужой (кто ж его считает) ресурс (а ведь легче и милосерднее "фигню" исправить и забыть, простить любому и себе), привычно нагнетать этот самый ужас словесными эквивалентами эмоций ("Фу! Ужас!" - ни из-за чего).
Я понимаю, что есть культурологический тип "пророка", есть тип "мистика", и протестантский рецепт - вряд ли такой уж рецепт для культуры и людей иного темперамента, иной истории, событий и целей в ней. Но ведь можно же над этим работать, наверное? Над языком, выражением эмоций, над тем, как с помощью него можно направлять и заострять намерение и чувство - в мощь лазера, а можно раскачивать хаотические волны по принципу положительной обратной связи, продуцировать смятение, ужас, панику и безнадегу. Язык лучше, чем вы думаете. Он может больше - и может в большем помочь - чем вы думаете.

***
В общем, я разговорилась - и я затыкаюсь.

Вот еще хорошая публикация, тоже в тему:
http://www.novayagazeta.ru/arts/52162.html

Сергей Васильев:
"Увидеть себя в Брехте или Маяковском — непросто. А уж узнать себя в революционерах Германии и России — покажется невыносимым духовным опытом. Способен ли человек, даже разделяющий идеи Маркса, или Адорно, или Валлерстайна, призывать к социалистической революции, уже зная post factum, как завершилась попытка построения «града божьего» из наличного человеческого материала?
Мой ответ: да. Мир будет рождать революционеров. Именно потому, что наличный мир, построенный на власти материи над человеком (которую мы и называем капитализмом), — губителен и несправедлив для души, которую он заставляет плясать под дудку рыночных механизмов. Революция, какой бы невероятной и неоправданной она ни казалась, непременно будет востребована как духовная доктрина, как средство радикальной эмансипации духа от диктата материи. Тем более что в человечестве без религии, без сакрального, а Европа идет путем отказа от сакрального в пользу мирского и интеллектуального где-то с XVII века, — менее радикальных практик такой эмансипации органически возникнуть не может. "
shlomith_mirka: (Default)
Вот хорошая и важная публикация Евгения Ямбурга :
http://www.novayagazeta.ru/columns/52168.html

А дальше я не столько по ней, а просто по поводу.

1. Поступить рассчетливо, оглядев и охватив (и отхватив) ближайшую перспективу, найти свою "выгоду" человек сможет и без опыта и подготовки любви и воспитания (любовью и питанием), не имея восхищающего примера, не имея опоры - чего-либо дорогого вне и кроме "биологического себя". Что поведет его поступить "неправильно", парадоксально - и "единственно верно" для него сейчас? Опыт любви. Опыт семьи и культуры, любви к музыке и литературе, эстетической любви к гармонии или религиозной любви-преданности Одному Такому, поступившему так. Это все очень близкие вещи. Всё, что может один человек для другого, - показать их существование.
---
А вот наша ситуация: вакуум культуры.
Получается так, что, какой бы выбор из миллиона выборов разных масштабов и размеров человек ни делал, он не чувствует ничего за собой. Никакого чужого опыта, его поддерживающего и чьим бы отростком он мог бы себя чувствовать. Он один, один. И любая ошибка не просто катастрофична, а - он повинен заранее - в любом выборе, потому что любой шаг в пустоте, для любого стороннего или его собственного внутреннего взгляда будет казаться "неудачей", ошибочным рывком, тягой в ошибочную сторону. Поэтому дело не в том, что не с кем "разделить ответственность" (она-то и не делится): просто нет никакой надежды быть принятым со всей совокупностью своих сегодняшних взглядов и чувств, нет надежды быть прощенным и за "промахи" - потому что нет у человека того, кто мог бы прощать. Это значит - нет семьи, нет любимого где бы то ни было (среди людей ли, среди героев), нет культуры, к которой он принадлежит и из которой вырастает, относительно которой воспринимает, рассматривает и понимает свои движения, желания и дела. Нет ничего - за ним. Это колоссальная пустота - бездомность, бесстенность.

2. По поводу самого конфликта "консерваторов" и сторонников "модернизаций" различных родов.
Мне непонятен сам материал, предмет конфликта. Доводить "родное" до состояния "пепелища" с тем, чтоб над ним умиляться и кудахтать - в этом есть что-то либо просто имбецильное, либо извращенное. Под "пепелищем" я в первую очередь понимаю калечащие человека внутрисемейные отношения, воспринимаемые и упорством транслируемые как норма. Невнимательность к человеческому существу как таковому, пренебрежение им, утверждение своих воль правом сильного (во всех аспектах силы), культивирование прессования и переделки человека под удобную вещь под именем "воспитания" - это не норма, даже (и особенно) когда это случай большинства. Зачем - это? Зачем упорно подменять действительно ценнейшее в цивилизацонной истории, в истории человеческой культуры - этим? Ведь можно видеть, как можно по-другому, видеть, что есть другие формы для вмещения тех же важнейших идей, намерений и ценностей, что любовь не обязательно должна быть "звериной" и зверской, пережевывающей человека с костями.
Как я устала от истеричного, обвиняющего, набрасывающегося своими сильными руками чьего-либо желания-вопля "да я ж люблю тебя, ублюдок!" - и жаждущего к себе самому любви и благодарности, а порождающего страх и закрытость. Хотя, может, это только устройство моей структуры, и я говорю только о себе и своих реакциях: для меня это - удушение, его - с жалостью к душащему стерпеть, от него - увернуться, поскольку этим рукам я ничего не могу дать, даже если сомну себя ради них. В них ничего не вырастает, ничего "мое" и ничье вообще, кем-либо посаженное. Один навык самосохранения, самоотстранения, молчаливой бережливости маленького ресурса своей жизни, опыт минимизации реакций на внешнее - заторможенность спящего и смотрящего сны. Того, кто бережет свой внутренний кинотеатр, и боится, и не умеет, и защищается от возможности соприкасаться с чем-либо, отличным от себя, чувствовать само наличие и подвижность своей оболочки.
Иначе мы не сможем не допустить катастрофы - смешения внутреннего и внешнего миров, воплощения внутренних солипсистских кошмаров, потерю языка как инструмента мысли, поиска и отверждения, закрепления в бытии, закрепления в некоей устойчивости себя в бытии, способа соприкасаться с другим (человеком - во всех случаях его проявления) и испытывать естественные чувства приязни и родства.

Сейчас у нас нет межчеловеческого обыденного языка общения. Любая фигня достойна скандала, на него не жаль тратить свой и тем более чужой (кто ж его считает) ресурс (а ведь легче и милосерднее "фигню" исправить и забыть, простить любому и себе), привычно нагнетать этот самый ужас словесными эквивалентами эмоций ("Фу! Ужас!" - ни из-за чего).
Я понимаю, что есть культурологический тип "пророка", есть тип "мистика", и протестантский рецепт - вряд ли такой уж рецепт для культуры и людей иного темперамента, иной истории, событий и целей в ней. Но ведь можно же над этим работать, наверное? Над языком, выражением эмоций, над тем, как с помощью него можно направлять и заострять намерение и чувство - в мощь лазера, а можно раскачивать хаотические волны по принципу положительной обратной связи, продуцировать смятение, ужас, панику и безнадегу. Язык лучше, чем вы думаете. Он может больше - и может в большем помочь - чем вы думаете.

***
В общем, я разговорилась - и я затыкаюсь.

Вот еще хорошая публикация, тоже в тему:
http://www.novayagazeta.ru/arts/52162.html

Сергей Васильев:
"Увидеть себя в Брехте или Маяковском — непросто. А уж узнать себя в революционерах Германии и России — покажется невыносимым духовным опытом. Способен ли человек, даже разделяющий идеи Маркса, или Адорно, или Валлерстайна, призывать к социалистической революции, уже зная post factum, как завершилась попытка построения «града божьего» из наличного человеческого материала?
Мой ответ: да. Мир будет рождать революционеров. Именно потому, что наличный мир, построенный на власти материи над человеком (которую мы и называем капитализмом), — губителен и несправедлив для души, которую он заставляет плясать под дудку рыночных механизмов. Революция, какой бы невероятной и неоправданной она ни казалась, непременно будет востребована как духовная доктрина, как средство радикальной эмансипации духа от диктата материи. Тем более что в человечестве без религии, без сакрального, а Европа идет путем отказа от сакрального в пользу мирского и интеллектуального где-то с XVII века, — менее радикальных практик такой эмансипации органически возникнуть не может. "

О.Э.М.

Apr. 18th, 2012 03:16 pm
shlomith_mirka: (Default)
***
От вторника и до субботы
Одна пустыня пролегла.
О, длительные перелеты!
Семь тысяч верст — одна стрела.

И ласточки, когда летели
В Египет водяным путем,
Четыре дня они висели,
Не зачерпнув воды крылом.

1915

О.Э.М.

Apr. 18th, 2012 03:16 pm
shlomith_mirka: (Default)
***
От вторника и до субботы
Одна пустыня пролегла.
О, длительные перелеты!
Семь тысяч верст — одна стрела.

И ласточки, когда летели
В Египет водяным путем,
Четыре дня они висели,
Не зачерпнув воды крылом.

1915

О.Э.М.

Apr. 18th, 2012 03:16 pm
shlomith_mirka: (Default)
***
От вторника и до субботы
Одна пустыня пролегла.
О, длительные перелеты!
Семь тысяч верст — одна стрела.

И ласточки, когда летели
В Египет водяным путем,
Четыре дня они висели,
Не зачерпнув воды крылом.

1915
shlomith_mirka: (Default)
***

Сейчас стало так много солнца, ко мне пришла кошка, а сетка на окне стала оранжевой, как будто раскаленной, как будто на ней осела какая-то рыже-будущая пыльца. Воробьи разговаривают о всяком: вопросительном, куртуазном.
На Каролине-Бугаз была дача, мы на ней жили. Нас привозила электричка, вытряхивала на пустую платформу, белую от солнца, мы шли по белейшему песку, и я видела там, близко со своего небольшого роста, белые скорлупки улиток. Белым налетом покрывались красные ягоды, росшие из колючек, белым был запах моря, белыми - голоса чаек.
А остальное - было виноградно-желтым, и зеленым, и пенно-розовым, как лиман, его шелковое пространство и туман над ним, и красным, как колючие цветы в саду.
Я помню эти колючие красно-желтые цветы и сухую траву, прямо за скрипучей калиткой (больше дыр, чем досок). Я ступала по ним и боялась, вышагивала, как цапля. В смородиновых кустах шуршали собаки - они всегда бегали вчетвером-вшестером, я их побаивалась и жалела, потому что уши у них были искусаны клещами. Сквозь виноградные лозы - усики, и листья, и мельчайшие бусины ягод - горело золотистое, желтое, ветреное солнце: оно легко исчезало и появлялась. На камнях были ящерки, однажды там нашелся изумрудно-зеленый хвост с синим пятнышком. Был колодец, который закрывался крышкой. Вода в нем была солона и тепла, однажды в колодце утонула большая светло-зеленая ящерица, я видела ее брюхо и больше к колодцу не ходила, а кружила и кружила по саду, в который мы оказались заброшены. Из сарая выпархивали летучие мыши, на белом подоконнике мазанки по вечерам сидел черный сверчок. Но лучше всего были походы на лиман: через сады, шелестящие тяжелой темно-зеленой листвой. Похожие сады я потом видела как-то в Смоленске, но то была слишком тяжелая, бензинова-холодная ранняя весна - и нам пахло рекой и хлебом, когда мы поднимались по какой-то улице (яме) Войкова. Ну а сейчас до Смоленска еще 14 лет. Сады Каролины-Бугаза. По лиману идут с сетями, на берегу трепыхаются серебристые рыбки, из песка на зарывшуюся в него ступню выползают рачки, на боку лежит врывшийся в песок ржавый катер, у него тонкие и хрупкие, как древесная кора, борта, внутри плещет вода. Рыбок выбрасываю обратно. А лиман белеет, тонет в молочном цвете, тянет небо за собой розовый и голубой туман, холодает, ветер доносит из садов сладчайший, айвовый и цветочный аромат. Я устала, силы ребенка к вечеру кончаются, мерзну и засыпаю на этом песке. Лиман плещет о шины, которыми укрепляют берег, лиман подмывает уже самые заборы, подбирается к домам. Темнеет - а там особые, белые и красные звезды, близкие и наклоненные, и сильный ветер. Папа уводит меня домой - садами. Собак уже не слышно. И мы стоим у калитки, провожаем последний поезд, скоростную теплую гремучую коробчонку для лягушонки, летящую по насыпи - над нашими глазами, клюем виноград прямо с веточки, держа ее в руках, я - клюю с рук. Ждем появления бражников и еще таких красивых больших жуков, похожих на майских, но больше и усатее. Они вечером вьются около огней платформы и около фонаря у нас на веранде. Однажды я, закружившись, наступила на такого жука в траве - и мне было очень жаль.
Там я впервые читала книжки на украинском.
А утром я слышала чаек и бакланов на просмоленных высоченных железнодорожных столбах.
Утром с папой шли по песку за водой, сопровождаемые собаками.
Мама сидела в саду в плетном кресле, она не любила ходить среди колкой, кусачей травы.

А еще там папа научил меня плавать - и я никогда не боялась моря, каким бы огромным оно ни было - уже в тогдашнем моем осознании. Любила его песок, витые твердые мелкие ракушки, соль - и особую жажду после него. Раскаленный песок, колючки.

Теперь ничего этого нет, а я до сих пор помню запах соли и запах смолы, железнодорожного вара.

Сегодня у моего папы День рождения.
Ура и ура!
shlomith_mirka: (Default)
***

Сейчас стало так много солнца, ко мне пришла кошка, а сетка на окне стала оранжевой, как будто раскаленной, как будто на ней осела какая-то рыже-будущая пыльца. Воробьи разговаривают о всяком: вопросительном, куртуазном.
На Каролине-Бугаз была дача, мы на ней жили. Нас привозила электричка, вытряхивала на пустую платформу, белую от солнца, мы шли по белейшему песку, и я видела там, близко со своего небольшого роста, белые скорлупки улиток. Белым налетом покрывались красные ягоды, росшие из колючек, белым был запах моря, белыми - голоса чаек.
А остальное - было виноградно-желтым, и зеленым, и пенно-розовым, как лиман, его шелковое пространство и туман над ним, и красным, как колючие цветы в саду.
Я помню эти колючие красно-желтые цветы и сухую траву, прямо за скрипучей калиткой (больше дыр, чем досок). Я ступала по ним и боялась, вышагивала, как цапля. В смородиновых кустах шуршали собаки - они всегда бегали вчетвером-вшестером, я их побаивалась и жалела, потому что уши у них были искусаны клещами. Сквозь виноградные лозы - усики, и листья, и мельчайшие бусины ягод - горело золотистое, желтое, ветреное солнце: оно легко исчезало и появлялась. На камнях были ящерки, однажды там нашелся изумрудно-зеленый хвост с синим пятнышком. Был колодец, который закрывался крышкой. Вода в нем была солона и тепла, однажды в колодце утонула большая светло-зеленая ящерица, я видела ее брюхо и больше к колодцу не ходила, а кружила и кружила по саду, в который мы оказались заброшены. Из сарая выпархивали летучие мыши, на белом подоконнике мазанки по вечерам сидел черный сверчок. Но лучше всего были походы на лиман: через сады, шелестящие тяжелой темно-зеленой листвой. Похожие сады я потом видела как-то в Смоленске, но то была слишком тяжелая, бензинова-холодная ранняя весна - и нам пахло рекой и хлебом, когда мы поднимались по какой-то улице (яме) Войкова. Ну а сейчас до Смоленска еще 14 лет. Сады Каролины-Бугаза. По лиману идут с сетями, на берегу трепыхаются серебристые рыбки, из песка на зарывшуюся в него ступню выползают рачки, на боку лежит врывшийся в песок ржавый катер, у него тонкие и хрупкие, как древесная кора, борта, внутри плещет вода. Рыбок выбрасываю обратно. А лиман белеет, тонет в молочном цвете, тянет небо за собой розовый и голубой туман, холодает, ветер доносит из садов сладчайший, айвовый и цветочный аромат. Я устала, силы ребенка к вечеру кончаются, мерзну и засыпаю на этом песке. Лиман плещет о шины, которыми укрепляют берег, лиман подмывает уже самые заборы, подбирается к домам. Темнеет - а там особые, белые и красные звезды, близкие и наклоненные, и сильный ветер. Папа уводит меня домой - садами. Собак уже не слышно. И мы стоим у калитки, провожаем последний поезд, скоростную теплую гремучую коробчонку для лягушонки, летящую по насыпи - над нашими глазами, клюем виноград прямо с веточки, держа ее в руках, я - клюю с рук. Ждем появления бражников и еще таких красивых больших жуков, похожих на майских, но больше и усатее. Они вечером вьются около огней платформы и около фонаря у нас на веранде. Однажды я, закружившись, наступила на такого жука в траве - и мне было очень жаль.
Там я впервые читала книжки на украинском.
А утром я слышала чаек и бакланов на просмоленных высоченных железнодорожных столбах.
Утром с папой шли по песку за водой, сопровождаемые собаками.
Мама сидела в саду в плетном кресле, она не любила ходить среди колкой, кусачей травы.

А еще там папа научил меня плавать - и я никогда не боялась моря, каким бы огромным оно ни было - уже в тогдашнем моем осознании. Любила его песок, витые твердые мелкие ракушки, соль - и особую жажду после него. Раскаленный песок, колючки.

Теперь ничего этого нет, а я до сих пор помню запах соли и запах смолы, железнодорожного вара.

Сегодня у моего папы День рождения.
Ура и ура!
shlomith_mirka: (Default)
***

Сейчас стало так много солнца, ко мне пришла кошка, а сетка на окне стала оранжевой, как будто раскаленной, как будто на ней осела какая-то рыже-будущая пыльца. Воробьи разговаривают о всяком: вопросительном, куртуазном.
На Каролине-Бугаз была дача, мы на ней жили. Нас привозила электричка, вытряхивала на пустую платформу, белую от солнца, мы шли по белейшему песку, и я видела там, близко со своего небольшого роста, белые скорлупки улиток. Белым налетом покрывались красные ягоды, росшие из колючек, белым был запах моря, белыми - голоса чаек.
А остальное - было виноградно-желтым, и зеленым, и пенно-розовым, как лиман, его шелковое пространство и туман над ним, и красным, как колючие цветы в саду.
Я помню эти колючие красно-желтые цветы и сухую траву, прямо за скрипучей калиткой (больше дыр, чем досок). Я ступала по ним и боялась, вышагивала, как цапля. В смородиновых кустах шуршали собаки - они всегда бегали вчетвером-вшестером, я их побаивалась и жалела, потому что уши у них были искусаны клещами. Сквозь виноградные лозы - усики, и листья, и мельчайшие бусины ягод - горело золотистое, желтое, ветреное солнце: оно легко исчезало и появлялась. На камнях были ящерки, однажды там нашелся изумрудно-зеленый хвост с синим пятнышком. Был колодец, который закрывался крышкой. Вода в нем была солона и тепла, однажды в колодце утонула большая светло-зеленая ящерица, я видела ее брюхо и больше к колодцу не ходила, а кружила и кружила по саду, в который мы оказались заброшены. Из сарая выпархивали летучие мыши, на белом подоконнике мазанки по вечерам сидел черный сверчок. Но лучше всего были походы на лиман: через сады, шелестящие тяжелой темно-зеленой листвой. Похожие сады я потом видела как-то в Смоленске, но то была слишком тяжелая, бензинова-холодная ранняя весна - и нам пахло рекой и хлебом, когда мы поднимались по какой-то улице (яме) Войкова. Ну а сейчас до Смоленска еще 14 лет. Сады Каролины-Бугаза. По лиману идут с сетями, на берегу трепыхаются серебристые рыбки, из песка на зарывшуюся в него ступню выползают рачки, на боку лежит врывшийся в песок ржавый катер, у него тонкие и хрупкие, как древесная кора, борта, внутри плещет вода. Рыбок выбрасываю обратно. А лиман белеет, тонет в молочном цвете, тянет небо за собой розовый и голубой туман, холодает, ветер доносит из садов сладчайший, айвовый и цветочный аромат. Я устала, силы ребенка к вечеру кончаются, мерзну и засыпаю на этом песке. Лиман плещет о шины, которыми укрепляют берег, лиман подмывает уже самые заборы, подбирается к домам. Темнеет - а там особые, белые и красные звезды, близкие и наклоненные, и сильный ветер. Папа уводит меня домой - садами. Собак уже не слышно. И мы стоим у калитки, провожаем последний поезд, скоростную теплую гремучую коробчонку для лягушонки, летящую по насыпи - над нашими глазами, клюем виноград прямо с веточки, держа ее в руках, я - клюю с рук. Ждем появления бражников и еще таких красивых больших жуков, похожих на майских, но больше и усатее. Они вечером вьются около огней платформы и около фонаря у нас на веранде. Однажды я, закружившись, наступила на такого жука в траве - и мне было очень жаль.
Там я впервые читала книжки на украинском.
А утром я слышала чаек и бакланов на просмоленных высоченных железнодорожных столбах.
Утром с папой шли по песку за водой, сопровождаемые собаками.
Мама сидела в саду в плетном кресле, она не любила ходить среди колкой, кусачей травы.

А еще там папа научил меня плавать - и я никогда не боялась моря, каким бы огромным оно ни было - уже в тогдашнем моем осознании. Любила его песок, витые твердые мелкие ракушки, соль - и особую жажду после него. Раскаленный песок, колючки.

Теперь ничего этого нет, а я до сих пор помню запах соли и запах смолы, железнодорожного вара.

Сегодня у моего папы День рождения.
Ура и ура!
shlomith_mirka: (Default)
Оригинал взят у [livejournal.com profile] liberov в дополнительный сеанс!

Друзья, это удивительно, но, благодаря вам, кинотеатр "35 мм" поставил дополнительный сеанс - 21 апреля в 18.40!

Я встречу лично каждого и отвечу на любые вопросы!



Пожалуйста, приходите!

Билеты - уже на сайте

P.S. Будьте добры, перепост и прочее - "сарафанная" реклама, за неимением прочей)
shlomith_mirka: (Default)
Оригинал взят у [livejournal.com profile] liberov в дополнительный сеанс!

Друзья, это удивительно, но, благодаря вам, кинотеатр "35 мм" поставил дополнительный сеанс - 21 апреля в 18.40!

Я встречу лично каждого и отвечу на любые вопросы!



Пожалуйста, приходите!

Билеты - уже на сайте

P.S. Будьте добры, перепост и прочее - "сарафанная" реклама, за неимением прочей)
shlomith_mirka: (Default)
Оригинал взят у [livejournal.com profile] liberov в дополнительный сеанс!

Друзья, это удивительно, но, благодаря вам, кинотеатр "35 мм" поставил дополнительный сеанс - 21 апреля в 18.40!

Я встречу лично каждого и отвечу на любые вопросы!



Пожалуйста, приходите!

Билеты - уже на сайте

P.S. Будьте добры, перепост и прочее - "сарафанная" реклама, за неимением прочей)
shlomith_mirka: (Default)
Оригинал взят у [livejournal.com profile] mad_jane_grey в Сын полка
Оригинал взят у [livejournal.com profile] vespro в Сын полка
Дорогие, караул и полный ахтунг пришли в нашу деревню.
Только что с Украины мне позвонил папа Шиндер.

Не знаю, помните ли вы вот этого красавца?
Богдан Шиндер.




Ссылочка на декабрь 2009, как вы можете видеть.

А вот мама новую фотографию прислала:



Скажу вам честно, тогда, три года назад, доктора отводили взгляд, когда я спрашивала про "перспективы" (я три года назад еще задавала такие глупые вопросы).

Сейчас нужно забрать новые клетки и снова сделать "вакцину", на которой пацан прожил три года.
Я не знаю, что там будет дальше.
По большому счету, никто не знает.
Но три года - это очень здорово, дамы и господа.
С точки зрения арифметики, это почти половина его жизни.
А с точки зрения мамы и папы...
Ну, что я вам рассказываю.

Ахтунг в том, что деньги нужны в понедельник.
Триста тысяч.
Доктор сказал - может, чуть меньше.
Про "чуть больше" думать как-то не хочется.

Очень прошу вашей помощи.
В пятницу, 20 апреля, жду вас всех в "Дровах" на Никольской начиная с шести вечера.

Вот ТУТ есть все способы перевода.

Помогите, ребята.
Это ж, в общем, сын полка. Наш ребенок.
Очень надо успеть...

Как всегда,

shlomith_mirka: (Default)
Оригинал взят у [livejournal.com profile] mad_jane_grey в Сын полка
Оригинал взят у [livejournal.com profile] vespro в Сын полка
Дорогие, караул и полный ахтунг пришли в нашу деревню.
Только что с Украины мне позвонил папа Шиндер.

Не знаю, помните ли вы вот этого красавца?
Богдан Шиндер.




Ссылочка на декабрь 2009, как вы можете видеть.

А вот мама новую фотографию прислала:



Скажу вам честно, тогда, три года назад, доктора отводили взгляд, когда я спрашивала про "перспективы" (я три года назад еще задавала такие глупые вопросы).

Сейчас нужно забрать новые клетки и снова сделать "вакцину", на которой пацан прожил три года.
Я не знаю, что там будет дальше.
По большому счету, никто не знает.
Но три года - это очень здорово, дамы и господа.
С точки зрения арифметики, это почти половина его жизни.
А с точки зрения мамы и папы...
Ну, что я вам рассказываю.

Ахтунг в том, что деньги нужны в понедельник.
Триста тысяч.
Доктор сказал - может, чуть меньше.
Про "чуть больше" думать как-то не хочется.

Очень прошу вашей помощи.
В пятницу, 20 апреля, жду вас всех в "Дровах" на Никольской начиная с шести вечера.

Вот ТУТ есть все способы перевода.

Помогите, ребята.
Это ж, в общем, сын полка. Наш ребенок.
Очень надо успеть...

Как всегда,

shlomith_mirka: (Default)
Оригинал взят у [livejournal.com profile] mad_jane_grey в Сын полка
Оригинал взят у [livejournal.com profile] vespro в Сын полка
Дорогие, караул и полный ахтунг пришли в нашу деревню.
Только что с Украины мне позвонил папа Шиндер.

Не знаю, помните ли вы вот этого красавца?
Богдан Шиндер.




Ссылочка на декабрь 2009, как вы можете видеть.

А вот мама новую фотографию прислала:



Скажу вам честно, тогда, три года назад, доктора отводили взгляд, когда я спрашивала про "перспективы" (я три года назад еще задавала такие глупые вопросы).

Сейчас нужно забрать новые клетки и снова сделать "вакцину", на которой пацан прожил три года.
Я не знаю, что там будет дальше.
По большому счету, никто не знает.
Но три года - это очень здорово, дамы и господа.
С точки зрения арифметики, это почти половина его жизни.
А с точки зрения мамы и папы...
Ну, что я вам рассказываю.

Ахтунг в том, что деньги нужны в понедельник.
Триста тысяч.
Доктор сказал - может, чуть меньше.
Про "чуть больше" думать как-то не хочется.

Очень прошу вашей помощи.
В пятницу, 20 апреля, жду вас всех в "Дровах" на Никольской начиная с шести вечера.

Вот ТУТ есть все способы перевода.

Помогите, ребята.
Это ж, в общем, сын полка. Наш ребенок.
Очень надо успеть...

Как всегда,

Profile

shlomith_mirka: (Default)
shlomith_mirka

January 2013

S M T W T F S
  12345
678 9101112
13141516171819
20212223242526
2728293031  

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 26th, 2017 08:11 pm
Powered by Dreamwidth Studios